Юрий Дейгин: «Человек безумный». Как мир противостоит болезни Альцгеймера

21 сентября — Всемирный день борьбы с болезнью Альцгеймера, которая с каждым годом уносит все больше человеческих жизней. Юрий Дейгин, вице-президент фонда «Наука за продление жизни», — о том, как наука пытается ее победить

«Болезнь Альцгеймера — это я, перестающий доверять самому себе, посмешище для собственных шуток, периодически не справляющийся даже с такой банальной задачей, как поиск тапочек. С этим невозможно бороться, не стоит питать ложных надежд на почетный титул “выжившего”. Болезнь крадет тебя у самого себя», — говорил знаменитый английский писатель-фантаст Терри Пратчетт о диагнозе, который убил его в 66 лет после 8 лет борьбы.

По мере развития «сенильной деменции альцгеймеровского типа», как ее формально называют врачи, в различных областях мозга постепенно погибают нейроны. Сначала мишенью становятся те из них, которые отвечают за кратковременную память, затем — за долгосрочную и так далее. Так, день за днем, «человек разумный» лишается своего разума и превращается в безумца: болезнь стирает его личность, оставляя лишь физическую оболочку. Впрочем, и она умирает через восемь-десять лет, когда Альцгеймер добирается до систем жизнеобеспечения и отключает их одну за другой.

«Есть хороший способ избежать болезни Альцгеймера — умереть в 30 лет»

Получить примерное представление о том, что чувствуют люди с приобретенным слабоумием, предложил выпускник Центрального колледжа искусства и дизайна им. святого Мартина (Central Saint Martins) Ди Пенг (Di Peng), который сконструировал для этого специальный шлем. Его забрало влияет на зрение, вы с трудом различаете лица своих близких. Имитация слуховых галлюцинаций не позволяет адекватно воспринимать действительность и, наконец, специальный микрофон затрудняет речь и изменяет произносимые слова, лишая их смысла. Таким образом, вы почти не осознаете происходящее и практически теряете возможность общаться с людьми.

По сути, этот шлем — репетиция того, что ждет многих из нас за 60-летним рубежом: в этом возрасте Альцгеймером болеет 5% людей, среди 80-летних заболевших уже 30–40%, а к 90 годам эта патология наблюдается уже почти у 50%. И панацеи от нее до сих пор нет.

Масштаб проблемы

За последние десятилетия медицина шагнула далеко вперед и продемонстрировала впечатляющие успехи в самых разных областях: ученые и врачи нашли способы профилактировать, выводить в ремиссию и даже полностью излечивать непобедимые когда-то заболевания, попутно увеличивая продолжительность человеческой жизни и, как следствие, количество пожилых людей: сегодня на планете уже миллиард людей старше 60 лет, к 2030 году их будет 1,4 млрд, а к 2050 году — 2,1 млрд.

Оборотную сторону этих успехов можно увидеть в последних информационных отчетах Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ): среди 10 ведущих причин смерти по всему миру болезнь Альцгеймера и другие виды деменции поднялись на 7-ю строчку. Показательно, что еще в начале 2000-х годов это место принадлежало ВИЧ и СПИДу, которые теперь даже не входят в эту десятку.

С учетом того, что никакой действенной терапии или профилактики приобретенного слабоумия пока нет, масштабы грядущей эпидемии устрашают

С учетом того, что никакой действенной терапии или профилактики приобретенного слабоумия пока нет, масштабы грядущей эпидемии устрашают. Уже сегодня в мире почти 50 млн больных Альцгеймером или схожей деменцией (в некоторых странах диагностируется только общая возрастная деменция), а к 2030 году эта цифра вырастет до 75 млн.

Шансы оставаться «в здравом уме» с каждым годом тают, а пресловутый старческий маразм давно перестал быть поводом для шуток. Если нам не повезет умереть от сердечно-сосудистых заболеваний или других лидеров рейтинга ВОЗ, то с высокой долей вероятности нас ожидает медленная, мучительная и унизительная смерть от болезни Альцгеймера, на которую приходится 70% всех случаев деменции.

Звон набата

«Все, о чем я мог думать, было: “Я знаю трех человек, у которых наблюдались улучшения после обнаружения опухоли мозга. Я не слышал ни о ком, кому стало лучше после диагностирования Альцгеймера”», — вспоминал Терри Пратчетт о том дне, когда у него обнаружили болезнь.

Это по-прежнему так: полного понимания механизмов патогенеза Альцгеймера у ученых пока нет. Можно разве что выделить некоторые факторы, которые повышают вероятность развития болезни.

Например, в зоне риска оказываются люди, подвергающие мозг негативному физическому воздействию: футболисты или боксеры. Есть исследования, которые показывают, что развитие деменции может быть связано с инсулинорезистентностью в мозге, некоторые ученые даже называют Альцгеймер «диабетом 3-го типа». При этом люди, которые страдают от обычного диабета, гораздо чаще подвержены и болезни Альцгеймера. Однако надеяться на то, что здоровый образ жизни даст гарантию избежать этой участи, увы, не стоит: Альцгеймером болеют и ЗОЖники.

Страх получить клеймо «слабоумного» приводит к тому, что пожилые люди часто скрывают свою забывчивость и другие изменения, которые обычно являются первыми симптомами болезни

Средств, которые могли бы вылечить или хотя бы затормозить болезнь, также не существует. Препараты, одобренные на сегодняшний день, относятся к ингибиторам ацетилхолинэстеразы. Они помогают восполнить недостаток ацетилхолина (нейротрансмиттера, который передает сигналы между нейронами) в мозге, который наблюдается в патогенезе болезни Альцгеймера.

Это позволяет замедлить развитие болезни лишь на незначительные проценты, а также хотя бы немного обнадежить пациентов и их родных. Правда, стигматизация психических больных и страх получить клеймо «слабоумного» приводят к тому, что пожилые люди часто скрывают свою забывчивость и другие изменения, которые обычно являются первыми симптомами болезни, и в результате не получают даже этой минимальной помощи.

Ученые и врачи по всему миру понимают катастрофичность ситуации, а потому бьют в набат, и им выдают миллиардные гранты на исследования. Так, бюджет на изучение болезни Альцгеймера в одной из крупнейших организаций, финансирующих научные исследования, американской National Institutes of Health (NIH), в 2017 году составит почти $1,4 млрд.

Большая Фарма vs Альцгеймер

Несмотря на внимание, прикованное к болезни Альцгеймера, и колоссальные суммы выделяемого финансирования, ученые пока проигрывают в этой борьбе: с 2002 по 2012 год лишь 1 из 244 кандидатов на регистрацию лекарства от этого заболевания получил одобрение FDA и пополнил ряды безопасных, но не слишком эффективных ингибиторов ацетилхолинэстеразы.

Тем не менее битва продолжается: исследователи пытаются бороться с отдельными проявлениями заболевания и надеются, что они могут оказаться причиной его возникновения. Речь идет прежде всего о скоплении амилоидных бляшек (из пептида бета-амилоида) и нейрофибриллярных клубках (из тау-белка), которые удалось обнаружить в мозге больных.

Победить «плохой белок» уже много лет пытаются ведущие фармацевтические компании, но одна за другой отчитываются о провалах

Увы, самый популярный сегодня подход, связанный с устранением бета-амилоидных бляшек, пока не оправдывает ожиданий. Победить «плохой белок» уже много лет пытаются ведущие фармацевтические компании, но одна за другой отчитываются о провалах. В их числе, например, Merck, Pfizer, Johnson & Johnson и Elan Pharmaceuticals. Впрочем, надежда на то, что у Большой Фармы припасено в пайплайнах что-то еще, остается. Исследования продолжаются.

Другой подход к терапии связан с генетической предрасположенностью к развитию болезни Альцгеймера: одна из трех аллелей гена аполипопротеина Е многократно увеличивает риск этой деменции — у носителей двух копий этой аллели вероятность возникновения Альцгеймера может достигать 91%, а средний возраст его диагностирования — 68 лет. Однако, во-первых, даже отсутствие злополучной аллели не гарантирует, что развития деменции удастся избежать, а во-вторых, непонятно, как помочь тем, у кого эта аллель есть. Так что пока «генетический» подход к терапии Альцгеймера популярностью не пользуется. Возможно, ситуация изменится по мере совершенствования генной терапии.

Новая надежда

«Есть хороший способ избежать болезни Альцгеймера — умереть в 30 лет», — говорил Пратчетт.

С учетом истории провалов самых разных подходов к терапии, в мрачной шутке писателя сложно не увидеть изрядную долю правды: недаром эта смертельная патология относится к классу «возрастозависимых», как, например, рак и сердечно-сосудистые заболевания.

Дело в том, что по мере старения организм постепенно теряет способность поддерживать гомеостаз, что в итоге приводит к возникновению ряда заболеваний и далее — к смерти. Начинается эта системная деградация с момента полового созревания, и первые двадцать лет протекает почти незаметно, но неумолимо. Понемногу у нас атрофируются мышцы, ухудшаются зрение и слух, перестает должным образом выполнять свои функции иммунная система — перечислять «спутников» этого болезнетворного процесса можно долго.

Самое неприятное то, что уже с 25 лет начинают снижаться когнитивные функции, и тогда над нашей головой возносится «дамоклов меч» слабоумия. Более того, каждые 10 лет мы теряем около 5% объема мозгового вещества: к 80 годам мозг весит около килограмма, тогда как в 20 лет — полтора. У очень многих людей эти процессы и приводят к развитию Альцгеймера или иной деменции. Так что, если бы мы могли возвращать организм в более молодое состояние, то и угроза возникновения болезни Альцгеймера отступила бы.

Звучит как фантастика, но ученые уже давно работают над тем, чтобы сделать это реальностью.

В поисках терапии старения

Геронтологи уверены в том, что старение можно победить или хотя бы замедлить. Последнее уже удавалось в ходе успешных экспериментов по продлению жизни десяткам различных видов модельных животных — от червей и мух до мышей и приматов. Например, в ходе одного из них специально выведенные быстростареющие мыши жили на 30–50% дольше в зависимости от контрольной группы.

Также придает оптимизма существование в природе животных с так называемым «пренебрежимым старением»: риск их смерти с возрастом практически не увеличивается, и погибают они с одинаковой частотой в любом возрасте, в отличие от человека. Помимо тысячелетних деревьев или известных всем долгожителей — черепах, в пример можно привести гренландского кита, который живет около 200 лет, или некоторых видов окуневых, которые в этом ему почти не уступают.

Все больше исследователей включаются в борьбу со старением как первопричиной всех возрастозависимых недугов и пытаются изменить нашу биологию. К ним относятся, например, команды Института исследований старения Бака и Института Солка, а также ряд стартапов: целенаправленно созданная для борьбы со старением дочерняя структура «Гугла» (с тех пор преобразованного в холдинг «Алфавит») под названием California Life Comany, или сокращенно Calico, компания первопроходца расшифровки генома Крэйга Вентера Human Longevity Inc., компании Ambrosia и Unity Biotechnology, в которые инвестировал открытый трансгуманист Питер Тиль и другие.

Будем надеяться, что их усилия увенчаются успехом. Ведь в таком случае мы сможем не только избавиться от угрозы развития возрастных патологий, но и радикально продлить здоровую человеческую жизнь — тогда умирать не придется ни в 30, ни в 80 лет.

Источник